Аудио на испанском языке - Глава 34 "Вокруг света за восемьдесят дней"

Capítulo XXXIV (La vuelta al mundo en 80 días).


Глава 34, в которой Паспарту получает возможность очень зло пошутить.
Аудио c текстом на испанском языке и переводом на русский язык.

Перейти к содержанию аудиокниги "Вокруг света за восемьдесят дней" на испанском языке.
Перейти к списку онлайн аудиокниг на испанском языке.
Capítulo XXXIV

Глава 34

Phileas Fogg estaba preso. Lo habían encerrado en la aduana de Liverpool, donde debía pasar la noche, aguardando su traslación a Londres. En el momento de la prisión, Picaporte había querido arrojarse sobre el inspector, pero fue detenido por unos agentes de policía. Mistress Aouida, espantada por la brutalidad del suceso, no comprendía nada de lo que pasaba, pero Picaporte se lo explicó. Mister Fogg, ese honrado y valeroso gentleman, a quien debía la vida, estaba preso como ladrón. La joven protestó contra esta acusación, su corazón se indignó, las lágrimas corrieron por sus mejillas, cuando vio que nada podía hacer ni intentar para librar a su salvador. En cuanto a Fix, había detenido a un gentelman porque su deber se lo mandaba, fuese o no culpable. La justicia lo decidiría. Y entonces ocurrió a Picaporte una idea terrible: ¡la de que él tenía la culpa ocultando a mister Fogg lo que sabía! Cuando Fix había revelado su condición de inspector de policía y la misión de que estaba encargado, ¿por qué no se lo había revelado a su amo? Advertido éste, quizá hubiera dado a Fix pruebas de su inocencia, demostrándole su error, y en todo caso, no hubiera conducido a sus expensas y en su seguimiento a ese malaventurado agente, a poner pie en suelo del Reino Unido. Al pensar en sus culpas e imprudencias, el pobre mozo sentía irresistibles remordimientos. Daba lástima verle llorar y querer hasta romperse la cabeza. Mistress Aouída y él se habían quedado, a pesar del frío, bajo el peristilo de la Aduana. No querían, ni uno ni otro, abandonar aquel sitio, sin ver de nuevo a mister Fogg. En cuanto a éste, estaba bien y perfectamente arruinado, y esto en el momento en que iba a alcanzar su objeto. La prisión lo perdía sin remedio. Habiendo llegado a las doce menos veinte a Liverpool, el 21 de diciembre, tenía de tiempo hasta las ocho y cuarenta y cinco minutos para presentarse en el Reform Club, o sea, nueve horas y quince minutos, y le bastaban seis para llegar a Londres. Quien hubiera entonces penetrado en el calabozo de la Aduana, habría visto a Mister Fogg, inmóvil y sentado en un banco de madera, imperturbable y sin cólera. No era fácil asegurar si estaba resignado; pero este último golpe no lo había tampoco conmovido, al menos en apariencia. ¿Habríase formado en él una de esas iras secretas, terribles, porque están contenidas, y que sólo estallan en el último momento con irresistible fuerza? No se sabe; pero Phileas Fogg estaba calmoso y esperando... ¿Qué? ¿Tendría alguna esperanza? ¿Creía aún en el triunfo cuando la puerta del calabozo se cerró detrás suyo? Como quiera que sea, mister Fogg había colocado cuidadosamente su reloj sobre la mesa, y miraba cómo marchaban las agujas. Ni una palabra salía de sus labios; pero su mirada tenía una fijeza singular. En todo caso, la situación ela terrible, y para quien no podía leer en su conciencia, se resumía así: En el caso de ser hombre de bien, Phileas Fogg estaba arruinado. En el caso de ser ladrón, estaba perdido. ¿Tuvo acaso la idea de escaparse? ¿Trató de averiguar si el calabozo tenía alguna salida practicable? ¿Pensaba en huir? Casi pudiera creerse esto último, porque, en cierto momento, se paseó alrededor del cuarto. Pero la puerta estaba sólidamente cerrada, y la ventana tenía una fuerte reja. Volvió a sentarse y sacó de la cartera el itinerario del viaje. En la línea que contenía estas palabras. "21 de diciembre, sábado, en Liverpool", añadió: Día 80, a las once y cuarenta minutos de la mañana", y aguardó. Dio la una en el reloj de la Aduana. Mister Fogg reconoció que su reloj adelantaba dos minutos. ¡Dieron las dos! Suponiendo que tomase entonces un expreso, aun podía llegar al Reform Club antes de las ocho y cuarenta y cinco minutos. Su frente se an ugó ligeramente. A las dos y treinta y tres minutos se escuchó ruido afuera y un estrépito de puertas que se abrían. Se oía la voz de Picaporte y de Fix. La mirada de Phileas Fogg brilló un instante. La puerta se abrió, y vio que mistress Aouida, Picaporte y Fix corrían a su encuentro. Fix estaba desalentado, con el pelo en desorden y sin poder hablar. -¡Señor... -dijo tartamudeando-, señor... perdón... una semejanza deplorable... Ladrón preso hace tres días... vos-... libre! ¡Phileas Fogg estaba libre! Se fue hacia el "detective", lo miró de hito en hito, y ejecutando el único movimiento rápido que en toda su vida había hecho, echó sus brazos atrás, y luego, con la precisión de un autómata, golpeó con sus dos puños al desgraciado inspector. -¡Bien aporreado!- exclamó Picaporte. Fix, derribado por el suelo, no pronunció una palabra, pues no le había dado mas que su merecido; y entretranto, mister Fogg, mistress Aouida y Picaporte salieron de la aduana, se metieron en un coche y llegaron a la estación. Phileas Fogg preguntó si había algún tren expreso para Londres... Eran las dos y cuarenta y cinco minutos... El expreso había salido treinta y cinco minutos antes. Phileas Fogg pidió un tren especial. Había en presión varias locomotoras de gran velocidad; pero atendidas las circunstancias del servicio, el tren especial no pudo salir antes de las tres. Phileas Fogg, después de haber hablado al maquinista de una prima por ganar, corría en dirección a Londres, en compañía de la joven y de su fiel servidor. La distancia que hay entre Liverpool y Londres debía correrse en cinco horas y media, cosa muy fácil estando la vía libre; pero hubo atrasos forzosos, y cuando el gentleman llegó a la estación, todos los relojes de Londres señalaban las nueve menos diez. ¡Phileas Fogg, después de haber dado la vuelta al mundo, llegaba con un atraso de cinco minutos. Había perdido.

Филеас Фогг находился в тюрьме. Его заперли в полицейский пост при ливерпульской таможне, где он должен был провести ночь в ожидании перевода в Лондон. В момент ареста Паспарту хотел броситься на сыщика, но его удержали полисмены. Миссис Ауда, подавленная грубостью всего случившегося и ни о чём не знавшая, ничего не могла понять. Паспарту объяснил ей, в чём дело. Мистер Фогг, этот честный и храбрый джентльмен, которому она была обязана жизнью, арестован как вор! Молодая женщина протестовала против подобного предположения, она возмущалась, плакала, видя, что ничего не может сделать, ничего предпринять для спасения своего спасителя. Что касается Фикса, то он арестовал нашего джентльмена, ибо этого требовал его долг – всё равно, виновен ли тот, или нет. Правосудие разберётся. Ужасная мысль пришла тогда в голову Паспарту: мысль, что он один виновен в случившемся! В самом деле, зачем он скрыл от мистера Фогга всю эту историю? Почему, узнав, кто такой Фикс и какую цель он преследует, не предупредил о том своего господина? Зная об этом заранее, Филеас Фогг сумел бы представить Фиксу доказательства своей невиновности; он уж, конечно, разъяснил бы ему заблуждение и во всяком случае не возил бы с собою и за свой счёт этого проклятого сыщика, первой заботой которого было арестовать мистера Фогга, едва они оба ступили на землю Соединённого королевства. Размышляя о своей беспечности и неосмотрительности, бедный малый испытывал невыносимые угрызения совести. Он плакал, на него было жалко смотреть. Он готов был разбить себе голову! Несмотря на холод, миссис Ауда и Паспарту остались у подъезда таможни. Ни он, ни она не хотели покидать этого места. Они хотели ещё раз увидеть мистера Фогга. Что касается нашего джентльмена, он был окончательно и бесповоротно разорён, и это случилось в тот миг, когда он уже почти достиг цели! Этот арест погубил его. Приехав без двадцати минут двенадцать 21 декабря в Ливерпуль, он ещё имел в своём распоряжении девять часов пять минут, ибо должен был явиться в Реформ-клуб в три четверти девятого, – а ведь до Лондона всего шесть часов езды! Всякий, кто сумел бы проникнуть в таможню в эту минуту, увидел бы мистера Фогга, который сидел на деревянной скамье, неподвижный, спокойный, невозмутимый. Нельзя было сказать, что он примирился с судьбой, но даже этот последний её удар не мог его взволновать, по крайней мере наружно. Может быть, в нём кипело скрытое бешенство – тем более ужасное, что, долго сдерживаемое, оно способно прорваться в последнюю минуту? Неизвестно. Но Филеас Фогг был, как всегда, спокоен и ждал… Чего? Сохранял ли он ещё какую-нибудь надежду? Верил ли он ещё в успех, когда за ним закрылись двери тюрьмы? Как бы то ни было, мистер Фогг бережно положил часы на стол и следил за движением стрелок. У него не вырвалось ни единого слова, но взгляд его был как-то особенно напряжён. Во всяком случае, положение было ужасно, и для того, кто не мог читать мысли Филеаса Фогга, оно сводилось к следующему: Если Филеас Фогг честный человек – он разорён. Если он вор – он пойман. Думал ли он о спасении? Искал ли выхода из своей тюрьмы? Собирался ли бежать? Возможно, что да. Во всяком случае, он зачем-то вдруг поднялся с места и обошёл комнату. Но дверь была крепко заперта, окно забрано железной решёткой. Он снова сел, вынул из бумажника свой маршрут и на той строке, где стояло: «21 декабря, суббота, Ливерпуль», прибавил: «80-й день, 11 часов 40 минут утра». После этого он продолжал ждать. Часы на здании таможни пробили час. Мистер Фогг отметил, что его часы спешили на две минуты. Два часа! Если бы он в эту минуту сел в курьерский поезд, то мог бы ещё прибыть вовремя в Реформ-клуб. Лоб его слегка нахмурился… В два часа тридцать три минуты снаружи послышался какой-то шум, раздался скрип двери, прозвучали голоса Паспарту и Фикса. В глазах мистера Фогга блеснул огонёк. Дверь полицейского поста открылась, и он увидел бросившихся к нему миссис Луду, Паспарту, Фикса. Фикс задыхался, волосы его были растрёпаны… Он едва мог говорить! – Сударь, – бормотал он, – сударь… простите… злосчастное сходство… Вор уже три дня как арестован… вы… свободны!… Филеас Фогг был свободен. Он подошёл к сыщику. Пристально взглянув ему в лицо, он сделал первое и, вероятно, последнее быстрое движение в своей жизни: отвёл обе руки назад и затем с точностью автомата ударил кулаками злосчастного сыщика. – Хороший удар, чёрт возьми! – воскликнул Паспарту и как истый француз позволил себе зло пошутить: – Вот прекрасный урок английского бокса! Сбитый с ног, Фикс не произнёс ни слова. Он получил лишь то, что заслужил. Мистер Фогг, миссис Ауда и Паспарту немедленно покинули таможню. Они вскочили в карету и через несколько минут были уже на вокзале. Филеас Фогг немедленно осведомился об экспрессе на Лондон… Было сорок минут третьего… Экспресс на Лондон отошёл тридцать пять минут назад. Тогда Филеас Фогг заказал специальный поезд. На станции было несколько паровозов большой мощности, стоявших под парами, но по условиям железнодорожного движения экстренный поезд не мог отойти раньше трех часов дня. Ровно в три часа Филеас Фогг, сказав несколько слов машинисту относительно премии, помчался, в обществе молодой женщины и своего верного слуги, по направлению к Лондону. Надо было пройти за пять с половиной часов расстояние между Ливерпулем и Лондоном; это было бы вполне осуществимо, если бы путь оказался свободен на всём протяжении. Но по дороге происходили вынужденные задержки, и когда наш джентльмен прибыл на лондонский вокзал, все часы Лондона показывали девять часов без десяти минут. Филеас Фогг совершил путешествие вокруг света, но прибыл в Лондон на пять минут позже назначенного срока!… Он проиграл.

Язык книги: 

Испанский

Автор: 

Жюль Верн

Название книги: 

Вокруг света за восемьдесят дней

Аудиокнига с текстом: 

Да

Добавить комментарий

Filtered HTML

  • Allows breaking the content into pages by manually inserting <!--pagebreak--> placeholder or automatic page break by character or word limit, it depends on your settings below. Note: this will work only for CCK fields except for комментарий entity CCK fields.
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Разрешённые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img> <center> <br> <p> <h1> <h2> <h3> <!-->
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
  • Вы можете цитировать другие сообщения, используя теги [quote].
  • Textual smiley will be replaced with graphical ones.

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.